Главная Карта сайта Контакты

Массовые жанры эпохи Просвещения

Понятие культурного хронотопа

Секуляризация культурного хронотопа в эпоху Просвещения, изменившая такой жанр, как роман,9 повлекла за собой принципиально новое качество литературы — правдоподобие. А значит, при всей внешней фантастичности и экзотичности описаний, например, острова, на который попадает Робинзон, или стран, где оказывается Гулливер, и Робинзон, и Гулливер являются конкретными людьми, узнаваемыми европейцами; и даже если описываемых событий не было на самом деле, в восприятии читателя XVIII века они вполне могли происходить. Секулярны не только герои романов-путешествий; секулярно содержание условно фантастических сцен, которые зачастую являются аллегорией европейской гражданской жизни и событий европейской истории.

Романы-путешествия в целом моделируют ситуацию, в которой оказалась европейская культура по отношению к другим культурам в XVII—XVIII веках, когда она вынуждена была искать пути согласования «своего» и «чужого». Феномен романа-путешествия показывает антропологический посыл такого просветительского согласования: поиск общих смыслов и границ приятия должен реализовываться на глобальном уровне межкультурных связей; но такие межкультурные связи не возможны без индивидуального участия и самоопределения каждого в этом процессе. В эпоху Просвещения становится популярным так называемое перепорученное повествование, субъектом которого является представитель другой культуры, «третий».

В художественной культуре эпохи Просвещения таковые образы присутствовали в переводных китайских романах и драмах в виде китайцев-героев произведений просветителей, в постановках драматических произведений на китайскую тематику.

Наличие этих образов было необходимо для снятия культурного шока, повлекшего за собой цовальное увлечение китайским. Зачастую китайскими были только имена героев романов и драм. В остальном — они были европейцами XVIII столетия. Однако эти имена позволяли идентифицировать «чужое», китайское в европейской культуре. Герои-китайцы демонстрировали зачастую образцовое поведение и читатели воспринимали это за истинно китайское благодаря сформировавшемуся имиджу Китая.

Одним из наиболее значимых в этом смысле произведений является «Гражданин мира, или Письма китайца» английского эссеиста О. Голдсмита. Китайский герой Голдсмита, как когда-то и сам автор, путешествует по Европе и пытается постичь отличия разных народов, обусловленные средой, государственным строем, религиями.10 Проявление дуализма эпохи в этом произведении стало возможным именно благодаря выбору главного персонажа. В «Гражданине мира, или Письмах китайца» рядом с просветительской верой в то, что представления о разумном и неразумном повсюду одинаковы, возникала мысль, что этические нормы, обычаи, духовные ценности относительны и ни одна абстрактная теория не может сделать всех людей счастливыми, «ибо что ни человек, то иные представления о счастье» («Гражданин мира, или Письма китайца», письмо XLIV). И это является значительным достижением в развитии дихотомии «свой — чужой»: мерки «своего» не могут быть идеально согласованы и до конца применимы к «чужому» и наоборот.

Сам факт того, что гражданином мира называется китаец, говорит о намерениях просветителей преодолеть европоцентристскую ксенофобию и вывести Европу на тот уровень глобального социокультурного бытия, при котором нет «чужих», а есть «другие», обладающие равным потенциалом с теми, кто традиционно считаются «своими».

Возврат к списку


Облака
Крестики-Нолики
Лиса
Лети
Алло, земля!
С Новым годом, Страна!
Если хочешь
Я найду тебя
Прости
Стань ближе