Главная Карта сайта Контакты

Бал, маскарад и другие развлечения в истории русской культуры

Шарады в доме Олениных

Начало осени застает Олениных и друзей дома (в том числе Пушкина) в их загородной усадьбе Приютино. К именинам маменьки Анна задумывает сюрпризом поставить провербу. Все согласились, разобрали роли, времени для подобного мероприятия много — целых четыре дня; но накануне именин от ролей отказались два участника — Сергей Голицын и Прасковья Голицына. Такие отказы — дело обычное для любителей, немало домашних спектаклей из-за этой причины отменялось. «Но гений мой», — предоставляем слово Олениной, — внушил ей иное. Родителям сказали, что сюрприз расстроился, а тайно решили поставить шараду с разговорами la Melomanie (Меломания).

В день именин поутру назначили конспиративную репетицию, где шесть участников решали, как в четырех сценках разыграть первый слог те — омофон mais (но); второй слог 1о — омофон lot (выигрыш в лотерее); третью часть слова — manie (мания) и слово целиком. Все устроилось лучшим образом, сшили занавесь, приготовили парики. После обеда именинницу уводят в гостиную и усаживают играть в карты, а актеры за два часа заканчивают приготовления. Всех приглашают в зал. Занавесь поставлена, и начинается шарада прологом.

«Я одна сижу на сцене! Как бьется у меня сердце, — пишет в дневнике Оленина. — Я сижу, читаю книгу, зову потом Елену Еф<имовну>, она входит, я спрашиваю об нашем провербе: никто еще из Актеров не бывал: я их ожидаю с нетерпением. Входит мальчик и приносит письмо: это отказ — она не будет. Я в отчаянии наконец созываю всех наших Актеров, сказываю им об нашем горе. Они не умеют пособить мне, наконец я предлагаю сыграть шараду в лицах: план одобрен, Елена Еф<имов-на> и я идем одеваться. Слепцов говорит сочиненные им стихи. Занавесь опускается».22

Этот предваряющий шараду пролог — редчайший пример превращения в сюжет домашнего представления перипетий его же (спектакля-сюрприза) подготовки, хотя так называемые «местные» намеки, домашние актуалитеты часто встречаются в пьесках, например Карамзина и Державина, сочиненных для домашних любительских спектаклей.

А что же провинция? И здесь — в усадьбах и городах — пытались ставить, а не только разгадывать и переписывать в альбомы печатавшиеся, особенно в сентиментальном «Дамском журнале» (1823-—1833) П. И. Шаликова, и ходившие в списках стихотворные шарады А. Бестужева-Марлинского, К. Рылеева, Ф. Глинки или В. Туманского, поэта крайне несамостоятельного, но способного версификатора, удачливого и находчивого именно в сфере «малых» салонных жанров — альбомных стихах, увеселительных куплетах, эпиграммах и, конечно, шарадах. Свидетельства провинциальных постановок шарад встречаются крайне редко; поиск в этом направлении предстоит еще долгий. Огромную ценность имеют письма к сестре польского ссыльного Генрика Каменьковского, составившего подробнейшие зарисовки общественной жизни, и в частности светского досуга, Вятки 1840-х годов.

Возврат к списку


Облака
Крестики-Нолики
Лиса
Лети
Алло, земля!
С Новым годом, Страна!
Если хочешь
Я найду тебя
Прости
Стань ближе